CqQRcNeHAv

Неказенное тепло

Четырехлетнего Захарку уже забирали из детского дома. Прошлым летом мама увезла его в Санкт-Петербург. А потом она пропала: оставила сына у подруги и больше не пришла. Через два месяца малыш снова оказался в Великолетчанском детском доме под Витебском. Но, похоже, он все-таки уедет отсюда и на этот раз навсегда — выходные Захарка проводит в семье, которая хочет усыновить мальчика.

— За годы работы мы устроили в семьи 170 сирот, 66 из них усыновлены, более половины уехали жить в Италию, — приводит статистику, где за каждой цифрой — судьбы людей, директор детского дома Вера Дук: — Такая форма, как усыновление, для нас, если можно так выразиться, первый показатель. Но самым лучшим вариантом для ребенка мы все-таки считаем его возвращение в биологическую семью. Поэтому используем для этого любой, даже самый маленький шанс.

Директор детского дома Вера Петровна Дук помнит всех своих выпускников.

К сожалению, такое воссоединение случается реже, чем усыновление, — за 17 лет к родителям вернулись 

43 ребенка. Если учесть, что большинство — из многодетных семей, это немного. В 2015 году таких счастливчиков было девять. Каждого из них в детском доме старались окружить заботой, учили не терять надежду и верить в своих близких, рассказывает психолог Наталья Пузако:

— В прошлом году в Витебском районе закрыли приют, и теперь дети, которых признают нуждающимися в госзащите, сразу попадают к нам. 

Это хорошо и для бюджета, и для самих ребят: им не приходится переезжать из одного казенного дома в другой, они легче адаптируются к новым обстоятельствам. С первых дней мы говорим с ними о том, почему они здесь оказались, всегда обозначаем главное: мы верим, родители вас заберут. Если месяца через четыре видим, что ситуация в семье не очень хорошая, готовим ребенка к тому, что, скорее всего, он останется с нами.

Великолетчанский детский дом — самый большой в стране, сейчас в нем живут 110 воспитанников в возрасте от 3 до 17 лет. Его история началась в 1946 году на месте бывшего имения известного ученого-ботаника Владимира Адамова в деревне Большие (по-белорусски “Вялікія”) Летцы — отсюда и название Великолетчанский. После войны в этом детдоме воспитывалось около 60 сирот. Через 15 лет его преобразовали в школу-интернат для детей с ослабленным здоровьем, а в 1996-м вновь вернули статус детского дома, но с существенным дополнением — семейный.

Сюда собрали братьев и сестер из разных сиротских приютов, это был первый такой опыт в Беларуси. И до сих пор родных здесь не разлучают. Дети разных возрастов живут в группах-семьях по 10—12 человек, иногда четверо из них — родственники. Всего в детском доме девять семей плюс группа дошкольников. “Вера”, “Надежда”, “Любовь”, “Дружба”, “Радость”, “Улыбка”, “Солнышко” — так называются эти семьи. Каждая имеет изолированное крыло с детскими спальнями и большой общей комнатой для отдыха и занятий. В каждой работают двое воспитателей — “папа” и “мама”, есть среди них и супруги, многие трудятся здесь еще со времен школы-интерната. Тот факт, что половина воспитателей — мужчины, директор считает главным отличием своего детского дома от других.

— Практически повсеместно воспитание стало женским делом, а это неправильно, — убеждена Вера Петровна. — Надо же научить мальчишек с молотком управляться, в поход с ними сходить, на рыбалку. Идеально, когда в семье работают муж и жена — дети видят пример нормальных отношений между мужчиной и женщиной, это, поверьте, дорогого стоит. Второе наше отличие — воскресная школа и домовой храм. Третье — стараемся платить воспитателям достойную зарплату. Каждый имеет 50-процентную надбавку по контракту, почти все работают на полторы ставки. Люди не думают о подработках, нет текучки кадров. Не надо объяснять, как это важно для детей, которые тут растут: им всегда есть к кому вернуться.

Александр Михайлович Пузаков со своими воспитанниками.

Да, не в каждый детский дом можно приехать, как в родительский. Но в Больших Летцах это норма. Многие воспитатели — из местных, часто приглашают воспитанников в гости, после выпуска поддерживают с ними связь. Оксана и Андрей Третьякевич работают здесь более 20 лет, частью их жизни стали радости и горести более 50 сирот. Судьба ребят за порогом детского дома им небезразлична:

— Очень тяжело на сердце, когда узнаешь, что дети, которых столько лет буквально вытаскивали из болота, проваливаются обратно. Особенно трудно тем, кто после училища едет назад к пьющим родителям или в деревню, где за ними закреплено жилье. В истории детского дома были печальные случаи: двое ребят не смогли этого выдержать, повесились. Если же на старте дать им почувствовать поддержку, они цепляются за жизнь, стараются стать лучше. Как-то наш выпускник сильно проштрафился, с работы выгнали. 

И парень, который всегда был с нами на связи, как сквозь землю провалился. Полтора года не объявлялся, а когда приехал, сказал: “Стыдно было”. Но ведь одумался, выкарабкался и вернулся, чтобы услышать то, что обычно говорят родители своим детям: не ошибается тот, кто ничего не делает, живи дальше нормально. 

А если бы не было никого, кто может вот так поддержать?..

С гордостью в детском доме рассказывают о ребятах, которые окончили Академию МВД, высшую школу милиции, университет имени Машерова в Витебске. А один парень получил образование в Италии — ему помогла семья, в которую он ездил на оздоровление. Кстати, воспитанники детского дома каждый год ездят на лето в итальянские семьи, многие потом переезжают к ним, даже если не были усыновлены (процедура длительная и сложная). Уже два года выпускников стараются не отправлять учиться на периферию — помог решить вопрос известный бизнесмен Николай Мартынов, директор холдинга “Марко”. 

Он председатель попечительского совета, поддерживает детский дом с первых дней, с 1996 года. Помимо обуви, спортивной одежды, оплаты интернета и подарков к праздникам, Николай Васильевич открывает каждому выпускнику счет в банке — в прошлом году по 5 миллионов рублей. И к тому моменту, когда надо начинать самостоятельную жизнь после училища, у ребят есть какие-то сбережения.

Житейские истории, достойные хорошего сериала, Вера Петровна может рассказывать часами. Она ведь сама здесь выросла: когда отец заболел туберкулезом, ее, шестиклассницу, отправили на три месяца в санаторную школу, а прожила она в ней три года. До сих пор помнит, как плакала в подушку по ночам, а днем не показывала виду, что скучает по дому. Когда в 1984 году им с мужем (Леонид Дук тоже отличник образования Республики Беларусь) предложили переехать в Летцы, согласилась не раздумывая. Дни, когда из школы-интерната нужно было сделать детский дом, помнит, как будто это было вчера. Первые “домашние” диваны помогли купить Ядвига Поплавская и Александр Тиханович, которые провели благотворительный концерт. За 20 лет путевку в жизнь здесь получили 411 выпускников, о судьбе каждого директор знает все: где живет, кем работает, когда женился…

Самой многочисленной родней в этих стенах были Кучинские — восемь из шестнадцати детей выросли в них и никто не пошел по наклонной дорожке. Не так давно всем миром спасали семью Кати Трифоновой. Девочка забеременела уже на первом курсе, а к 

22 годам успела родить четверых детей. Когда в Летцах узнали, что они кочуют из одной приемной семьи в другую, сделали все, чтобы помочь им вернуться к маме. Теперь Катя сама растит троих ребятишек, старшего сына забрал отец. Каждую неделю за нее и за всех воспитанников молятся в домовой церкви, которая открыта в Великолетчанском детском доме в честь святых Веры, Надежды и Любови. Просят помощи для всех обделенных родительской любовью ребят, которые благодаря заботе государства получили шанс на новую жизнь.

infong@sb.by

Автор публикации:
Ольга КРУЧЕНКОВА

Автор фотографии:
автора

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.